Черчилль сколько пил

Зверский аппетит

«Лента.ру» продолжает цикл статей о пирах правителей во время изнурительных войн. Главы государств не отказывались от торжеств и давали роскошные пиры. В прошлый раз мы рассказывали о рационе Екатерины Второй. Она была не только мудрой правительницей, но и любительницей вкусно поесть. Взойдя на трон, государыня выбирала как исконно русские блюда, так и заморские экзотические яства. При дворе десятки поваров создавали настоящие произведения кулинарного искусства. На этот раз речь пойдет о настоящем гурмане, любителе сигар и коньяка, британском премьере Уинстоне Черчилле. Меню политика напугало бы современных диетологов.

Устрицы и пудинг «без музыки»

«Мои вкусы крайне просты. Мне нужно только лучшее», «Не будь искусства кулинарии, жестокость реальности была бы невыносима», «Все, что необходимо для жизни: горячая ванна, холодное шампанское, свежий горошек и старый коньяк». «Чтобы оставаться в форме, необходим покой, хорошая еда и, самое главное, никакого спорта», — бывшему премьер-министру Великобритании Уинстону Черчиллю приписывают множество разных изречений.

Доподлинно известно одно: приземистый грузный человек в шляпе, бабочке и с сигарой в руках и правда любил вкусно поесть. В молодости он неплохо скакал на лошади и фехтовал, однако впоследствии бросил эти занятия. Любви к обильной пище не изменял даже во времена кризиса. Тем временем немецкие танки утюжили Европу, а бомбардировщики люфтваффе 57 ночей подряд атаковали Лондон.

Каждая трапеза Черчилля превращалась в своего рода ритуал, наслаждаться которым он предпочитал в одиночестве. «Мы с женой два или три раза за 40 лет совместной жизни пробовали завтракать вместе, но это оказалось невыносимо, поэтому пришлось прекратить», — говорили, что эти слова принадлежали самому премьеру.

В окружении политика знали, что завтрак он предпочитает сытный. Все начиналось с дыни. Следом шли яичница с беконом или омлет. Считалось, что этого недостаточно, и следом подавались мясные блюда: отбивная или цыпленок. После этого приносили кофе со сливками и тосты с джемом.

После сытного завтрака премьер обычно спал около часа, а потом возвращался в кабинет и занимался делами.

Днем Черчилль любил перекусить устрицами — к этому деликатесу он пристрастился во Франции. На юге этой страны он любил проводить свой отпуск. Из супов он предпочитал савойский с картофелем. Одним из самых любимых блюд был запеченный лосось и креветки под чесночным соусом или лобстеры. Иногда он выбирал что-то менее претенциозное: заказывая просто принести ему банку сардин.

После рыбных блюд и морепродуктов наступала очередь мяса. Жареная оленина с фуа-гра и соус из трюфелей. Впрочем, в основном блюда были не британской, а вновь французской кухни. К английским традиционным блюдам — дичи и ростбифу с йоркширским пудингом — он также был неравнодушен. Особенно выделял сыры, предпочитая английский стилтон, к которому непременно подавали портвейн, и традиционный швейцарский грюйер.

Несмотря на столь плотное меню, от десерта сэр Уинстон отказываться не собирался: по традиции съедая пирожное или мороженое, запивая все это кофе, который часто подавали с бренди.

Он любил, чтобы блюда были выразительными, а стол был красиво и утонченно сервирован. Однажды он потребовал отнести пудинг, поскольку в том «не было музыки».

На ужин он заказывал мясной бульон, а перед сном, когда британцы шли на кухню за стаканом горячего молока, их премьер лакомился сэндвичами, запивая их шампанским. Знакомые Черчилля говорили, что несмотря на такую сильную привязанность к мясным блюдам, политик очень болезненно реагировал, когда на принадлежавшей ему ферме забивали кого-нибудь из животных.

«Обед с Черчиллем»

Хорошая кухня занимала важное место в жизни политика. О ней он не забывал даже в трудные времена, пишет автор Сита Стелцер в книге «Обед с Черчиллем: политика за обеденным столом» (Dinner With Churchill: Policy-Making At The Dinner Table). О том, как и что он ел, будущий премьер-министр Великобритании иногда сообщал с фронта жене во время Первой мировой войны. В послании Уинстон мог рассказать, что перекусил яичницей с беконом, хлебом и мармеладом. «После этого начали отступать», — писал он.

Уже став известным политиком, он завел себе личного повара. Впоследствии эта женщина при поддержке жены Черчилля написала книгу с рецептами его любимых блюд. Супруга премьера Клементина рассказала во вступлении: «В 1939 году, в самый разгар войны, госпожа Ландемэйер пришла ко мне и предложила работать у нас целый день, я была так счастлива, я знала, что она будет готовить лучшие блюда и радовать всю нашу семью. Она прожила с нами 15 лет и в 1954 году вышла на пенсию. Я тогда так расстроилась. Блюда, которые она готовила, были особенными».

По словам самого личного повара, она чувствовала свой вклад в победу во Второй мировой. 8 мая 1945 года к ней подошел премьер и сказал примерно такие слова: «Без вас мы бы не справились в этой войне».

В книге рассказывается, что сэр Уинстон Черчилль на дух не переносил немецкое блюдо — тушеную квашеную капусту, маринованный лук, солонину, лимонное повидло и мармелад, вместо него всегда ел на завтрак вишневый джем, а также заказывал кусочки консервированного ананаса, которыми лакомился его пес Тоби.

Пил, курил

«Я взял от алкоголя намного больше, чем он забрал у меня», — любил говорить политик. Ходили слухи, что премьер может пить без остановки. Однако скорее всего это просто часть имиджа Черчилля, о котором он сильно заботился. Шляпа, шутки и остроты, произнесенные речи и написанные книги, нарисованные картины — все, что он делал, работало на его имидж. Премьер был уверен, что поддерживая легенду о том, что он много пьет, курит, он становится ближе к народу.

Друг политика французский писатель Андре Моруа считал сэра Уинстона большим знатоком законов психологии. «Он умело обыгрывает свою диковинную шляпу, непомерно толстые сигары, галстуки бабочкой и пальцы буквой V (Черчилль придумал фирменный знак победы — «V», указательный и средний пальцы подняты вверх, этот символ очень быстро стал международным — прим. «Ленты.ру»). Я знал французского посла в Лондоне: он не говорил по-английски, зато носил галстук в горошек, завязанный пышным бантом, что умиляло англичан и Черчилля, а ему позволяло сохранять свой пост», — говорил он.

Сигары были для премьера еще одним фирменным знаком, благодаря которому его узнавала публика. В 1947 году перед операцией по удалению грыжи он бросил курить, опасаясь осложнений. Однако перед одним из выступлений, несмотря на это, специально зажег сигару, заявив сопровождающим, что публика будет ждать его фирменного знака, и ее нельзя разочаровать.

«В молодости я придерживался правила: не брать в рот ни капли спиртного до обеда. Теперь, будучи в возрасте, я живу по правилу: не пить спиртного до завтрака», — приписывают такие слова премьеру.

Одна из легенд связана с армянским коньяком. В Ереване на коньячном заводе рассказывают, что в Крыму глава британского правительства попробовал «Двин», впоследствии советский лидер Иосиф Сталин распорядился ежемесячно отправлять британскому союзнику армянский коньяк. Черчилль любил повторять, что если уж пить что-то, то уж «непременно что-нибудь приличное».

Помимо коньяка, он обожал шампанское Pol Roger и шотландский виски. В окружении Черчилля говорили, что в молодости он обычно заказывал пиво. Дочь политика впоследствии рассказывала, что любимым коктейлем сэра Уинстона был стакан воды с несколькими каплями виски. Многие свидетели подтверждали, что такой напиток действительно существовал. Как писал один из исследователей биографии Черчилля, получавшаяся смесь была больше похожа на «жидкость для полоскания рта, чем на напиток».

Помимо любви к алкоголю, поистине особые отношения у него были с кофе. «Этот напиток очень личный: его, как и коньяк, нельзя пить кружками».

Несмотря на довольно нездоровый образ жизни, Черчилль прожил до 90 лет. К смерти он относился довольно философски, утверждая: «Я не боюсь смерти, но собираюсь сделать это наилучшим образом (…) Я готов ко встрече с Творцом. Другое дело, готов ли Творец к такому тяжкому испытанию, как встреча со мной».

Сэр Уинстон Леонард Спенснр-Черчилль до сих пор остается одним из самых популярных и известных политиков ХХ века не только в Великобритании, но и во всем мире. Участник Первой мировой войны, он занимал различные посты в правительстве Великобритании, но пик его популярности пришелся на время Второй мировой войны, когда Черчилль был Премьер-министром страны в период 1940-1945 и 1951-1955 годов. Но не только этим интересен сэр Черчилль. Это была очень разносторонняя натура. Он хорошо рисовал и много писал на темы истории, а за шеститомную «Историю второй мировой войны» в 1953 году был удостоен Нобелевской премии по литературе. Черчилля всего окружали мифы и самые всевозможные истории, которые не всегда соответствовали истине. Одним из таких мифов было то, что Уинстон Черчилль и коньяк неразрывно связаны друг с другом.

Что пил Черчилль

Некоторые историки утверждают, что Черчилль пил каждый день, причем предпочитал армянский коньяк. Но это были не единственные напитки, которые предпочитал сэр Уинстон. Он был большим знатоком виски, предпочитая выдержанные шотландские марки.

Но его дочь утверждает, что отец пил специальный коктейль, изобретенный им самим. Это был стакан воды, в который капнули несколько капель виски.

Так как в молодом возрасте Черчилль был гусаром, то он любил шампанское, причем с двадцатых годов предпочитал знаменитое Pol Roder. Не отказывался Черчилль и от бокала пива на ленч, и очень любил хороший кофе.

Какой коньяк любил Уинстон Черчилль

Согласно одному из многочисленных мифов, окружающих этого человека, Черчилль пил каждый день отборный коллекционный армянский коньяк «Двин». Это был купированный напиток 10-летней выдержки, крепостью не менее 50 градусов. Согласно тем же мифам, Черчилль много курил, причем исключительно гаванские сигары.

Сколько коньяка пил Уинстон Черчилль

Легенды гласят, что Черчилль начинал свой день с рюмкой шерри, а потом не расставался с бокалом коньяка, которого выпивал не менее бутылки в день. Но это тоже легенда, которую поддерживал сам Черчилль.

По воспоминаниям его дочери, он любил поддерживать легенды о том, что пьет виски и коньяк в больших количествах, но, при этом выпивал не так уж и много.

То же самое было и с курением. Появляясь везде с сигарой, Черчилль просто не хотел расстраивать своих поклонников, ведь после 70 врачи рекомендовали ему резко уменьшить курение и употребление спиртного. Сэр Уинстон частично прислушался к рекомендациям врачей, снизил количество ежедневно выпиваемого спиртного и дожил до весьма почтенного возраста – 92 года.

Пил, курил, спас Британию. Грехи и подвиги Уинстона Черчилля

В 2002 году главный телеканал Великобритании ВВС провёл опрос с целью определить 100 величайших британцев в истории. И победил в опросе не представитель монаршей семьи, не великий учёный типа Дарвина или Ньютона и даже не член группы «Битлз» (хотя все они попали в рейтинг, кроме Ринго Старра). Первое место ушло премьер-министру Уинстону Черчиллю. Сегодня Anews хочет подробнее познакомиться с биографией человека, которого сами британцы назвали величайшим своим представителем.

Как Черчилль зарабатывал на войнах? Были ли его взгляды похожи на гитлеровские? И сколько алкоголя политик пил в течение дня?

Война и книжные тиражи

Будущая икона Туманного Альбиона в детстве был далек от того, чтобы стать примером. Уроженец древнего аристократического рода Спенсер, Уинстон не особенно блистал в плане оценок, а о его поведении лучше всего говорит ремарка в школьном аттестате: «Количество учеников в классе — 13. Место — 13-е».

Уинстон Черчилль в подростковом возрасте. Фото — Getty Images

По прошествии лет необузданный нрав мальчика раскрылся в наилучшем ключе — первую славу Черчилль заработал на военном поприще. Впрочем, и здесь всё было не так просто. Поначалу в армии юноша, хоть и имел к службе способности, ощущал себя не в своей тарелке. Он писал матери 16 августа 1895 года : «Чем дольше я служу, тем больше мне нравится служить, но тем больше я убеждаюсь в том, что это не для меня».

В том же году, благодаря обширным связям семьи, Черчилль был направлен на Кубу в качестве военного корреспондента газеты Daily Graphic для освещения восстания местного населения против испанцев. И вот тут таланты юноши заиграли полными красками — газета опубликовала пять его статей, а некоторые из них были перепечатаны самой New York Times. Даже испанское правительство наградило Черчилля медалью «Красный крест». Помимо награды и известности, будущий премьер-министр приобрёл на Кубе две привычки, ставшие его визитной карточкой: курение кубинских сигар и послеобеденный отдых — сиеста.

Уинстон Черчилль с сигарой. Фото — Getty Images

После Кубы была Индия, где захваченный военной горячкой молодой человек добился участия в боевых операциях по подавлению восстания пуштунских племён. В ходе боёв Черчилль проявил безусловную храбрость, хотя часто риск был излишним, вызванным желанием покрасоваться. Он писал матери: «Я стремлюсь к репутации храбреца больше, чем к чему-либо ещё в этом мире». Не забывал Уинстон и о публицистике — его письма с передовой были опубликованы Daily Telegraph, а по окончании кампании тиражом 8500 экземпляров была издана книга воспоминаний — «История Малакандского полевого корпуса».

После Индии Черчилль, будто стремясь к новым дозам адреналина, выпрашивает послать его на подавление восстания в Судане. Там он принимает участие в главной битве кампании — сражении при Омдурмане.

Сражение на картине Ричарда Кейтона Вудвиля «Атака 21-го уланского полка в битве при Омдурмане»

Черчилль описал, что делал во время решившей исход кавалерийской атаки:

«Я перешёл на рысь и поскакал к отдельным (противникам), стреляя им в лицо из пистолета, и убил нескольких — троих наверняка, двоих навряд ли, и ещё одного — весьма сомнительно».

Не заставил себя ждать и литературный триумф — книга Черчилля о кампании «Война на реке» стала бестселлером.

В 1899 году он подал в отставку. По иронии судьбы, Черчилль почти сразу же отправился в гущу нового конфликта — уже как полноценно наёмный журналист, он за рекордный по тем временам гонорар поехал освещать для газеты Morning Post перипетии Англо-бурской войны.

26-летний Уинстон Черчилль в 1900 году. Фото — Википедия

15 ноября 1899 Черчилль отправился в рекогносцировочный рейд на бронепоезде и вскоре попал под обстрел артиллерии буров. В итоге поезд был повреждён — удалось отправить в тыл лишь один вагон с тяжелораненными. Остальные же англичане оказались в окружении превосходящих сил противника и попали в лагерь для военнопленных.

Однако 12 декабря Черчиллю удалось бежать из лагеря. Он устраивал побег с двумя товарищами, но у тех не получилось незаметно преодолеть ограждение. Впоследствии Черчилля обвиняли в том, что он бросил товарищей, но никаких доказательств этому предоставлено не было, а в 1912 году журнал Blackwood’s Magazine проиграл разбирательство по обвинению в клевете, был вынужден напечатать опровержение и принести извинения.

Запрыгнув на товарный поезд, бежавший добрался до соседнего города, где его в течение нескольких дней прятал в шахте, а затем помог тайно переправиться на поезде в португальский Мозамбик горный инженер, англичанин Дэниел Дьюснэп.

Черчилль во время Англо-бурской войны. Фото — Википедия

Побег из вражеского плена сделал одиозного воина-писателя ещё более знаменитым и стал прекрасной площадкой для старта политической карьеры.

Самодур и расист?

Ещё одна война сделала Черчилля легендой — хотя, к началу Второй Мировой за его плечами уже была богатейшая история. Черчилль занимал пост и министра внутренних дел, и первого лорда Адмиралтейства, и Канцлера казначейства (следующая по важности должность после премьер-министра).

Черчилль устраивает проверку матросам учебного судна в 1912 году. Фото — Getty Images

Были за его плечами и серьёзные достижения — например, полный перевод британского военного флота с угля на жидкое топливо.

Были и сомнительные эпизоды. Так, находясь в должности министра внутренних дел, во время массовых беспорядков в Ливерпуле в августе 1911 года, Черчилль привлёк к делу морских пехотинцев, в итоге открывших огонь по толпе. Далее, в условиях разрастания беспорядков и забастовок он мобилизовал 50 000 солдат и отменил положение, согласно которому армия может вводиться только по требованию местных гражданских властей.

В итоге с бастовавшими рабочими (в основном, портовыми грузчиками и железнодорожниками) удалось договориться без применения силы — но министр был этим недоволен, прямо сказав товарищу по телефону: «Я с большим сожалением узнал об этом. Было бы лучше продолжить и задать им хорошую трепку».

Другие высказывания одиозного политика и вовсе способны поставить в ступор неподготовленного слушателя:

«Я не признаю, например, что большая несправедливость была совершена по отношению к красным индейцам Америки или чёрным аборигенам Австралии. Я не признаю, что несправедливость была совершена по отношению к этим людям, потому что более сильная раса, более высокоразвитая раса, более мудрая раса, скажем так, пришла и заняла их место».

Тем не менее, по отношению к Гитлеру Черчилль всегда был последовательно непримирим. То ли взгляды фюрера всё же казались ему слишком радикальными, то ли англичанину просто не хотелось признавать себя частью «менее высокоразвитой расы», но все попытки договориться с растущим Третьим Рейхом политик неизменно встречал в штыки: «У меня лишь одна цель — уничтожить Гитлера, и это сильно упрощает мою жизнь. Если бы Гитлер вторгся в ад, я по меньшей мере благожелательно отозвался бы о Сатане в палате общин».

Слева направо: премьер-министр Великобритании Артур Чемберлен, его коллега из Франции Эдуар Даладье и Адольф Гитлер на подписании Мюнхенского соглашения 1938 года. Этот акт, более известный как «Мюнхенский сговор», Черчилль особенно осуждал и называл позором. Фото — Википедия

Талантливый оратор, жёсткий политик и непримиримый враг гитлеровского режима — Черчилль оказался настолько идеальным кандидатом на должность военного премьер-министра, что был назначен даже без выборов — ввиду чрезвычайных обстоятельств король Георг VI просто издал указ.

Уинстон Черчилль и Георг VI в 1942 году. Фото — Getty Images

Монарх не прогадал — Черчилль по-настоящему вдохновил нацию, его речи периода начала войны были признаны образцом ораторского искусства. По иронии судьбы, удивительная органичность политика сослужила ему и плохую службу — в 1945 году Черчилль сенсационно проиграл парламентские выборы. Послевоенных избирателей смутило отсутствие чёткой программы оздоровления порушенной экономики и агрессивнейшая риторика, не вполне подходившая мирному времени. В частности, про своих соперников на выборах Черчилль сказал: «Лейбористы, придя к власти, будут вести себя как гестапо».

Судьбы миллионов на бумажке

Что касается военного времени, то здесь самым ярким аспектом работы Черчилля стало взаимодействие с лидерами стран антигитлеровской коалиции.

Черчилль вместе с президентом США Франклином Рузвельтом (сидит в центре) и генеральным секретарём ЦК КПСС Иосифом Сталиным на Ялтинской конференции в феврале 1945 года. Фото — Getty Images

А одним из самых известных эпизодов этого взаимодействия стало «Соглашение о процентах». Так называется договорённость между Черчиллем и Сталиным о разделе сфер влияния в Европе. Процесс переговоров англичанин подробно описал в собственных мемуарах:

«Создалась деловая атмосфера, и я заявил: «Давайте урегулируем наши дела на Балканах. Ваши армии находятся в Румынии и Болгарии. У нас есть там интересы, миссии и агенты. Не будем ссориться из-за пустяков. Что касается Англии и России, согласны ли вы на то, чтобы занимать преобладающее положение на 90 процентов в Румынии, на то, чтобы мы занимали также преобладающее положение на 90 процентов в Греции и пополам — в Югославии?»

Пока это переводилось, я взял пол-листа бумаги и написал:

«Румыния:

Россия — 90 процентов

Другие — 10 процентов

Греция:

Великобритания (в согласии с США) — 90 процентов

Россия — 10 процентов

Югославия — 50/50 процентов

Венгрия — 50/50 процентов

Болгария:

Россия — 75 процентов

Другие — 25 процентов».

Я передал этот листок Сталину, который к этому времени уже выслушал перевод. Наступила небольшая пауза. Затем он взял синий карандаш и, поставив на листке большую птичку, вернул его мне.

Исписанный карандашом листок бумаги лежал в центре стола. Наконец я сказал:

«Не покажется ли несколько циничным, что мы решили эти вопросы, имеющие жизненно важное значение для миллионов людей, как бы экспромтом? Давайте сожжем эту бумажку».

«Нет, оставьте её себе», — сказал Сталин».

Существует также более полная запись беседы, сделанная советской стороной. Согласно этой записи, Сталин возражал против двадцатипятипроцентной доли союзников в Болгарии. Тогда Черчилль предложил провести по этому поводу на следующий день переговоры между министрами иностранных дел. Эти переговоры велись в течение двух дней — в итоге процент советского влияния в Болгарии и Венгрии был повышен до 80 %.

Копия соглашения из архивов Черчилля. Фото — Википедия

Отец холодной войны?

Иронично, что именно после отставки в 1945-м Черчилль совершил едва ли не свой самый известный публичный акт — прочитал Фултонскую речь, которая традиционно считается точкой отсчёта холодной войны.

Черчилль на выступлении 5 марта 1946 года. Фото — Википедия

Но насколько эта оценка справедлива? С одной стороны, Черчилль выступал перед студентами Вестминстерского колледжа США как частное лицо, не выражая ничью официальную позицию. А к противостоянию СССР и Соединённые Штаты и так толкала объективно складывавшаяся обстановка: соперничество за влияние и разница в идеологии. Уже в 1945 году Великобритания и США начали составлять первые планы войны с СССР (у американцев такой план назывался «Тоталити», у британцев — «Немыслимое»).

Тем не менее, выступление Черчилля было далеко не таким простым. Вестминстерский колледж — это альма-матер занявшего в 1945-м пост президента США Гарри Трумэна, и Черчилль согласился на лекцию при условии, что глава государства будет сопровождать его и присутствовать на выступлении. И условие это было выполнено.

Черчилль и Трумэн торжественно отправляются в Фултон. Фото — Википедия

В поезде по пути в Фултон Черчилль окончательно дописал и отредактировал текст выступления. Трумэн прочитал речь и назвал её «превосходной», добавив, что «хотя она и вызовет суматоху, но приведёт только к положительным результатам».

При этом историки отмечают, что официально Трумэн никак не выразил своего отношения, оставляя за собой возможность в случае чего откреститься от содержания речи, приписав её частному мнению бывшего премьер-министра.

Чутьё не подвело президента — суматоху речь действительно вызвала, а один из абзацев стал достоянием мировой истории:

«От Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике, через весь континент, был опущен «железный занавес». За этой линией располагаются все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы: Варшава, Берлин, Прага, Вена, Будапешт, Белград, Бухарест и София, все эти знаменитые города с населением вокруг них находятся в том, что я должен назвать советской сферой, и все они, в той или иной форме, объекты не только советского влияния, но и очень высокого, а в некоторых случаях и растущего контроля со стороны Москвы… Коммунистические партии, которые были очень маленькими во всех этих восточноевропейских государствах, были выращены до положения и силы, значительно превосходящих их численность, и они стараются достичь во всём тоталитарного контроля».

​Выражение «железный занавес» стало крылатым, а резкая риторическая реакция Сталина окончательно оформила растущую международную напряжённость. Отец народов ни много ни мало назвал Черчилля наследником Гитлера: «Гитлер начал дело развязывания войны с того, что провозгласил расовую теорию, объявив, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль начинает дело развязывания войны тоже с расовой теории, утверждая, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира».

Советская карикатура на выступление Черчилля

Так глава СССР прореагировал на прозвучавшую в выступлении фразу: «Единственным инструментом, способным в данный исторический момент предотвратить войну и оказать сопротивление тирании, является «братская ассоциация англоговорящих народов»».

Так что, хотя Фултонская речь и не стала причиной холодной войны, но оказалась чуть ли не главным фактором, который ввёл это понятие в массовое сознание, попутно дискредитировав тех на Западе, кто после Второй Мировой мог симпатизировать СССР.

Премьер при двух королях

Последующие годы принесли ещё немало ярких эпизодов. В 1951-м 76-летний Черчилль вновь стал премьер-министром, встретив на посту нового монарха — королеву Елизавету II.

Елизавета II на коронации в 1953 году. Фото — Википедия

В 1953-м Черчиллю пожаловали рыцарский титул и присудили Нобелевскую премию по литературе — «За высокое мастерство произведений исторического и биографического характера, а также за блестящее ораторское искусство, с помощью которого отстаивались высшие человеческие ценности».

Но здоровье политика уже давало о себе знать — Черчилль никогда не был апологетом здорового образа жизни. Его личная медсестра Дорис Майлз перечисляла, что в течение дня политик выпивал: шампанское десять унций (около 280 миллилитров), бренди — две унции, апельсиновый сок — восемь унций, виски — восемь унций. Он говорил ей, что не может жить без шампанского, потому что при победе он его заслуживал, а при поражении оно было бы ему необходимо.

Что касается полюбившихся ещё с Кубы сигар, их Черчилль выкуривал от 8 до 10 в день, игнорируя и запреты курить в помещениях, и рекомендации врачей.

К моменту второго срока во главе правительства политика лечили от сердечной недостаточности, экземы и развивающейся глухоты. В феврале 1952 года он, по-видимому, пережил инсульт и на несколько месяцев утратил способность связно говорить. 5 апреля 1955 года Черчилль подал в отставку по возрасту и состоянию здоровья.

Черчилль у своего дома с женой в 1960 году. Фото — Getty Images

Скончался он 24 января 1965 года от инсульта. Королева и службы дворца взяли на себя все хлопоты и отдавали распоряжения, советуясь с семьёй умершего. Было решено организовать государственные похороны. Этой чести за всю историю Великобритании до Черчилля удостоились лишь десять человек, не являвшихся членами королевской фамилии.

Похороны политика стали крупнейшими по масштабу государственными похоронами за всю историю Великобритании. Траурная процессия, достигавшая полутора километров в длину, проследовала через историческую часть Лондона, сначала от Вестминстера до Уайтхолла, затем от Трафальгарской площади до собора Святого Павла и оттуда — до лондонского Тауэра.

Траурная процессия прибывает к собору Святого Павла. Фото — Getty Images

На церемонию прибыли представители 112 стран, в том числе президент Франции де Голль и западногерманский канцлер Эрхард. Советский Союз представляла делегация в составе заместителя Председателя Совета Министров СССР Руднева, маршала Конева и посла СССР в Великобритании Солдатова. Похороны транслировались многими телевизионными компаниями, в Европе трансляцию посмотрели 350 миллионов человек.

В соответствии с пожеланием политика, он был погребён на фамильном захоронении кладбища церкви Святого Мартина в Блейдоне, близ Бленхеймского дворца — места своего рождения.

Могила Уинстона Черчилля. Фото — Википедия

Ни для кого не секрет, что Черчилль любил выпить. Правда, нет ни одной истории о том, как он перепил и дебоширил или вел себя так, как не подобает политику. Никаких тебе танцев под «Калинку-малинку», как у Ельцина. Так что делаем вывод, что Уинстон Черчилль знал в алкоголе меру и толк, поэтому полагаем, что можно обратиться к его высказываниям, дабы постичь весь смысл употребления алкоголя.

«Реальность — это галлюцинация, вызванная недостатком алкоголя в крови» — говорил он. Тут без пары стаканов советского коньяка, что так любил правитель, и не разберешься до конца, что же именно Черчилль имел ввиду.

Кстати, в молодости Черчилль служил кавалеристом, то есть гусаром, так что привычки у него уже тогда были соответствующие. Об этом свидетельствует одна из самых популярных его фраз: «Не могу жить без шампанского. После победы я его заслуживаю, а после поражения в нем нуждаюсь».

Черчилль, как бы не казалось, был далеко не самым жизнелюбивым человеком. Скорее, наоборот. Он довольно-таки часто пребывал в плохом настроении, близком к депрессии. Так что неудивительно, что спасение от подобного состояния он нашел в алкоголе. Ну, еще в сигарах: «Должен заметить, что мои жизненные правила предписывают в качестве абсолютно священного ритуала курение сигар, а также употребление алкоголя до, после и во время всех трапез, равно как и в перерывах между ними».

И во время правления, и особенно после Черчилль не соблюдал никаких режимов: «Я много пью, мало сплю и курю одну сигару за другой. Поэтому я на двести процентов в форме». При этом политик достаточно долго жил и выглядел вполне здоровым. А на все вопросы о том, как ему удается сохранять такое здоровье, он отвечал примерно так: «Никакого спорта!» или «Своим долголетием я обязан спорту. Я им никогда не занимался» и «Никогда не стоял там, где можно сидеть, и никогда не сидел там, где можно лежать».

Алкоголь был неотъемлемой частью жизни Черчилля. Он даже брату в письме с фермы Хо Джек, где проводил лето, так описывал свой быт: «У меня имеется все необходимое для жизни: «Горячая ванна, холодное шампанское, свежий горошек и старый коньяк».

В старости, когда многие все же начинают больше печься о своем здоровье, Черчилль не оставил своих вредных привычек: «В молодости я взял себе за правило не пить ни капли спиртного до обеда. Теперь, когда я уже немолод, я держусь правила не пить ни капли спиртного до завтрака».

Привычно представлять, что Черчилль все время пил коньяк или виски, но он также очень любил шампанское, особенно шампанское Pol Roger. Настолько сильно, что производитель назвал престижный купаж в его честь — Cuvee Winston Churchill. «Сначала шампанское — потом дело!»

Вот еще известные цитаты Уинстона Черчилля, в которых он упоминает алкоголь:

— Кофе — напиток очень личный. Его, как и коньяк, нельзя пить кружками!

— Уинстон, да вы пьяны!

— Всё верно. А вы уродина. Завтра утром я протрезвею. А вы так и останетесь уродиной.

(Еще одна известная история. 1946 год. Парламент. Бесси Брэддок vs Уинстон Черчилль. Грубо и неполиткорректно. Но запомнилось.)

— Никогда не опаздывайте к обеду, курите гаванские сигары и пейте армянский коньяк.

Но самой грустной, пожалуй, стала его фраза «Я взял от алкоголя больше, чем он забрал у меня», особенно если учитывать тот факт, что его сын был алкоголиком и ненамного пережил отца, средняя дочь покончила с собой, а старшая была запойной алкоголичкой.

Так что если и пить алкоголь, то только зная свою меру.

Черчилль сколько пил

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *